Тихий ангел пролетел и стыдливо скрылся в листве.

Малко вытянул ноги, чтобы немного размяться. Три с половиной часа полета на «Конкорде» через Атлантику были меньшим испытанием, чем челночный перелет Нью-Йорк — Вашингтон на старом «Боинге-727», который, конечно, был с телефоном, однако переполненный и опаздывающий. Поев икры, он расслабился, слушая звучавшие в наушниках ритмы Кассав, отключаясь от Европы и холода. Трое американцев, казалось, забыли о нем. Они участвовали в том кошмаре, который был характерен для ответственных лиц всех разведывательных служб. Они обнаружили «крота»... И многое казалось ему странным. Фрэнк Вудмилл снова заговорил.

— Джеймс, а вы знаете, что делал Крамер в промежутке между своим уходом из дома и отлетом?

— Приблизительно, — ответил представитель ФБР. — Он взял напрокат машину, заехал в банк, чтобы заглянуть в свой сейф. Что он делал в последующие два часа, неизвестно. Затем его обнаружили в баре «Добрые парни», откуда он увез Карин Норвуд. Потом они заехали к ней домой и отправились в аэропорт.

— С ними никого не было?

— Никого. Но я должен уточнить кое-что, чего не было в моем докладе.

— Почему?

— Это всего лишь предположение. В день отъезда Крамера двое моих людей вели обычную слежку за давно раскрытым агентом КГБ, неким Игорем Кокандом, заместителем директора Аэрофлота.

Итак, Коканд отправился в бар отеля «Виллар», где пробыл полчаса, ни с кем не общаясь, в чем мои агенты абсолютно уверены. Это напоминало умышленный срыв заранее обусловленной встречи, так как он заметил, что за ним следят.

— А дальше?

— Оба моих агента полагают, что они узнали Пола Крамера на фотографиях, которые им предъявили позже. Он был в баре. Но полной уверенности у них нет.

Фрэнк Вудмилл возвел глаза к небу; он был взбешен.

— Иначе говоря, — сказал он, — если бы ваши сотрудники были более осторожны, мы бы задержали этого мерзавца Крамера вместе с его агентом из КГБ...