Джеймс Максвелл покачал головой.
— Нет, у моих людей был приказ следить за Кокандом. Они не имели никакого права задерживать Крамера. Они должны были его сфотографировать и представить отчет. Это нормальная процедура.
— Ладно, — заключил заместитель начальника оперативного отдела. — Благодарю вас, Джеймс. Надеюсь, что теперь телефон Крамера будет прослушиваться. Возможно, он позвонит жене...
— Конечно, Фрэнк, — подтвердил агент ФБР. — Все необходимое мы уже сделали.
— Лучше поздно, чем никогда, — проворчал Фрэнк, вздыхая.
Эта история испортила ему отдых на лыжах в Денвере.
Джеймс Максвелл собрал свои вещи, поправил красный значок, дающий ему право доступа на шестой этаж, пожал всем руки и тихо закрыл за собой дверь. Фрэнк Вудмилл тотчас же повернулся к ответственному за безопасность.
— Вы уже занялись определением масштаба нанесенного ущерба?
Питер Стоун уныло покачал головой.
— Эта процедура займет несколько недель. Я направил специальную группу для работы па WALNUT
Фрэнк Вудмилл готов был лезть на стену.
— Черт возьми, — взорвался он, — неужели никто не заметил, что этот тип нуждался в деньгах и что он уже «созрел»?
— Никто. Сейчас мы обнаруживаем, что он занимал деньги у многих своих друзей, но они не говорили об этом. В прошлом году проходила проверка сотрудников на детекторе лжи, но он тогда отсутствовал. Был болен. А потом забыли, что он должен пройти эту проверку...
Час от часу не легче.
— О'кей, о'кей, благодарю вас, Питер, — сказал Фрэнк Вудмилл.
Ответственный за безопасность, в свою очередь, тоже поднялся и удалился, пробираясь вдоль стен. Фрэнк Вудмилл тут же призвал Малко в свидетели.
— Только бы Боб Вудворд не услышал ничего об этом деле. Иначе нас замучают сенаторы, конгрессмены и пресса. Пока никто из посторонних ничего не знает.
— Подобные вещи случаются и в самых образцовых службах, — заметил Малко. — Трудно что-либо противопоставить притягательной силе денег... Кроме того, у этого Крамера была, похоже, невысокая должность. Он ведь не был в курсе действительно секретных операций, не так ли?